Черная птица, ветер, как лед, Может быть, снится этот полет.
За железные прутья был посажен орел, Оторвали его от высоких небес. Не ворвется заря за стальной частокол, Горизонт бесконечный за стеною исчез.
И только небо манило в синюю высь, Жил в пустой суете муравейник людей. Он решил: лучше смерть, чем в неволе вся жизнь, И ударился в дверь мощной грудью своей.